Чтобы понять, нужно остановиться. Нужно вдохнуть полной грудью, провести ладонью, подержать во рту, расправить плечи. Не твой путь — вспыхнешь, побежишь фитильком к неизбежному, потрескивая озорным огоньком, забывая о правилах пожарной безопасности и здравом смысле, забывая голову и нерасторопных попутчиков. И, конечно, рванёшь. Рванёшь так — мало не покажется никому. Потом мучительно собрать свой пепел в кучку и, в который раз, возродиться. Никто не скажет: «Скучно вы живете, барышня».

***

Он царапает коробку, слюнявит руки, скулит под стук вагонных колес. Она представляет выражение твоего лица, когда увидишь.

На дворе ночь 14 февраля — дома засыпают дети и бодрствует муж. Она берет конфеты, алкоголь, и едет к тебе. Не может не приехать.

Матерятся, но грузят, дают возможность перенести временные трудности и зализать раны. Все эти летчики и балерины, системные администраторы, психи-одиночки и автоконструкторы в душе. Распиздяи и зануды, с совершенно разным характером, судьбой, мечтой, из разных стран и профессий. Из разных твоих жизней. Невозможно отказать, слишком просто не успеть, слишком легко потерять. Потому что окупится искренностью, непосредственностью, взбалмошностью и чем-то ещё. Потому что принцесса стоит смерти.

***

Нужно гореть. Нужно хотеть. Нужно не бояться, идти навстречу страху и верить в чудо. На полную катушку. Чтобы в каждый момент жизни облизывать губы кончиком языка.

***

Как же его звали? Точно не Григорий, не Виталий, нет. Хороший был парень, чем-то важный. Сколько в моей жизни было этих самолётов? Их много — все эти фрагменты, силуэты, обрывки разговоров, песен, чувства пережитых эмоций. Так и не записались все эти истории: жизнь коротка, нужно было слишком много успеть. Как-нибудь в другой раз.

***

Воздух глубоко свеж и прозрачен, как это бывает в горах. Через лужайку, обегая немецкие машины, всхлипывая бежит босоногий маленький мальчик, бросается на шею.

Успокоив, ставит на газон. Красивым голосом, спокойное и властное: «Рассказывай».
Садится на корточки, смотрит в глаза, выслушивает детские обиды.

«Мир неидеален», — шепчет она ему и ласково треплет по голове.